16+
Четверг 25 Мая 2017

Погода

+16° C

USD 0.0000
EUR 0.0000
Как отправить в отставку народ
Одна сильно прогрессивная российская газета после трагедии малайзийского «Боинга» объявила для своих читателей траур. «Гвоздем» номера в жанре реквиема стал разворот с десятками фотографий погибших пассажиров. А на последней странице известный писатель Дмитрий Быков извещал, что здесь должен был стоять его фельетон в стихах. Но какие тут фельетоны, коли траур…

Как будто бы все естественно. Случилась беда. Люди скорбят. Но откуда-то возник привкус фальши, если не спекуляции на несчастье. Эта газета не устраивала ничего подобного в память о сгоревших одесситах и жертвах среди мирных жителей Новороссии. Буквально в канун первой крови на майдане она тиснула проникнутое симпатией к собеседнику интервью с предводителем «Правого сектора» Ярошем. И ни разу внятно не осудила пиночетствующего Петра Порошенко и его команду, благословивших бойню в Славянске, Луганске, Донецке.

Зато ее журналисты, чуть ли не опередив Дженнифер Псаки, с ходу назвали виновниками гибели самолета ополченцев и россиян. Без доказательств, но без малейших колебаний. Предвзятая гипотеза преподносилась в качестве стопроцентной истины. Вот почему траурный жест и воспринимался как расчетливая игра на публику. Редакция из всех сил демонстрирует, сколь стыдно ей за российскую власть и российский народ. И от имени и по поручению либерального меньшинства спасает честь Отечества, где живет преимущественно бессмысленное, оболваненное быдло, которое одобряет возвращение Крыма, сочувствует ополченцам и негодует против антирусского озлобления на Западе.

А ведь когда-то в том же издании писали по-другому. Во времена «шоковой терапии» Гайдара едко издевались над либеральным высокомерием: мол, гайдаровским реформаторам в правительстве достался не тот народ, хорошо бы его отправить в отставку. Но теперь тогдашние шутники сами всерьез мечтают избавиться от плохого народа. Чтобы прекратились разговоры об особом пути России, сильной державе, патриотизме. И чтобы никто не заикался, будто в Вашингтоне и Лондоне есть у Государства Российского недруги, недоброжелатели, неразборчивые в средствах конкуренты. Пусть на Руси обитают только сторонники европейских ценностей.

Давно, господа, пытаюсь уяснить, что же это за священная корова либералов — «европейские ценности». Они совместимы с бомбардировками Югославии? С раздавленным Ираком? А кровавый президент «укров» Порошенко — он, что, тоже их защищает? И чем тогда они отличаются от ценностей Адольфа Гитлера и Пол Пота?

Между тем россиян неустанно и строго экзаменуют на сей предмет. К примеру, по весне СМИ писали «об уникальном международном исследовании базовых ценностей людей, населяющих разные страны, включая Российскую Федерацию». Внесший свою лепту в эпохальный проект социолог, чем-то там важным заведующий в главном отечественном оплоте свободомыслия — Высшей школе экономики, Владимир Магун говорил журналисту, что до европейских стран-«отличников» нам расти да расти. Мы ставим ценности, связанные с Сохранением, выше Открытости изменениям. И вообще много русских неправильно, непродвинуто отвечают на вопрос, какой они желали бы видеть Россию — «великой державой, которую уважают и побаиваются другие страны, или страной с высоким уровнем жизни, пусть и не одной из самых сильных стран мира».

Похоже, верный ответ тут один: начхать, уважают нас или нет, абы колбасы вдоволь, иномарка в гараже и путевка на Гоа. Но его дают, увы, далеко не все. Впрочем, ученый муж не унывает. Ладно, соглашается он, поклонников европейских ценностей в России меньшинство. Зато «это меньшинство более образованное, добившееся большего успеха, составляющее ресурс развития страны». Любопытно: «добившиеся большего успеха» Прохоров, Ксения Собчак, Борис Немцов, Сердюков, Васильева куда уж так мощно страну двинули?

Но социолог все равно озабочен судьбой избранных. «Хочу напомнить, — говорит он, — об инклюзивной демократии (такой, которая учитывает интересы меньшинства)». Напоминание это ставит целью оградить меньшинство — будь то миллиардеры или лица нетрадиционной сексуальной ориентации — от косых взглядов и преследований. Большинство должно заткнуться и не мешать меньшинству неограниченно самовыражаться. Как выразился американский вице-президент Байден: «Меня не интересует, какая у вас культура. Защита прав сексуальных меньшинств выше национальных культур и социальных традиций». Сильно сказано. Не очень, однако, понятно: а почему выше? И главное — что подразумевать под правами? В спальне никто ни на чьи права не посягает. А вот за ее пределами... Между прочим, у Иосифа Бродского был чрезвычайно одаренный товарищ по перу, переводчик, критик. Да, «нетрадиционал». Но, по рассказам поэта, он не имел ничего общего с геями, чьё существо жизни заключается в утверждении, публичной демонстрации своей сексуальной идентификации. У него, слава богу, было что предъявить миру и помимо...

России ставят в строку всё. И Крым. И неодобрение гей-парадов. И попытки покуситься на высокое художественное творчество, чьи представители жаждут, чтобы со сцены звучала матерщина, а в Третьяковке рядом с врубелевским «Демоном» и саврасовскими березками красовались «Целующиеся милиционеры». В сущности, меньшинство требует права плевать в лицо большинству. Неужто это и есть подлинная демократия — по-европейски, по-американски?

В числе огорчительных фактов, выявленных социологами, к примеру, Левада-Центра, — «сильная преемственность сознания и поведения современных россиян по отношению к тому, как действовали и думали советские люди». Такая устойчивость по части ценностей удивляет и раздражает господ ученых. Они даже обозвали неподдающихся «хомо постсоветикус». Шпана, нажившаяся на разворовывании страны, в том числе ее советского наследия, та говорит некультурно и грубо — «совки». А г-н Магун классифицирует нас интеллигентно, на латыни. Но смысл от этого не меняется. Меньшинство, само себя зачислившее в креативный класс, по собственному усмотрению кому-то сохраняет титул «хомо сапиенс», а кого-то метит как неполноценных новым жупелом — «хомо постсоветикус». И особенно досадует, когда под верхним слоем «советскости» обнаруживается еще много слоев «российскости» и «русскости». Наращивались они веками. Попробуй изничтожь.

Кстати, в них, безусловно, есть и европейскость, то есть любовь к Рафаэлю, Вермееру, Данте, Гете, Томасу Манну, древним камням Европы. Только эта европейскость мало похожа на «европейские ценности» Саркози, Меркель, Олланда, натовских генералов и взятых ими под опеку Порошенок и Коломойских.
*
 
*
Пожалуйста, примите условия пользовательского соглашения что бы комментировать.

ПОКАЗАТЬ КОММЕНТАРИИСКРЫТЬ КОММЕНТАРИИ