16+
Понедельник 27 Марта 2017

Погода

+2° C

USD 0.0000
EUR 0.0000
Сыр-бор вокруг памятника
Два липецких скульптора, чьи работы признавались лучшими на конкурсах проектов памятника Победы, обратились к липецкому градоначальнику Михаилу Гулевскому с открытым письмом. Им непонятно, почему проигнорированы результаты последнего конкурса и возводить памятник доверено автору, макет которого лавров не удостоился. Они удивлены и тем, что никто не удосужился хотя бы поставить их в известность о таком решении, и считают его необоснованным. Художники предлагают либо подготовить свой новый совместный проект с учетом всех ранее высказывавшихся мнений и соображений, либо объявить новый конкурс.
Послание подписали председатель Липецкой организации Союза художников, народный художник России Александр Вагнер и член Союза дизайнеров, член-корреспондент Петровской академии наук и искусств Николай Рогатнев.
 
Вообще с памятниками у нас происходит что-то странное. И с теми, что уже есть. И с теми, что существуют лишь в замыслах. И с теми, которые были бы нужны в областной столице, да только о них и речи не ведется.
 
Допустим, одна из самых выразительных и ярких монументальных композиций, первоначально именовавшаяся «Интернационал», вдруг отодвигается в буквальном смысле слова на обочину, оказывается на краю лога. К тому же ее как бы заслоняет банальный фонтан. Зато на центральной улице появляется китчевая фигура дворничихи. Ей бы красоваться где-нибудь в парке среди аттракционов, рядом с комнатой смеха. Да не тут-то было! Неведомо по чьей воле лупоглазая тетка с метлой маячит аккурат между двумя главными выставочными площадками города. Слева — областная картинная галерея, справа — выставочный зал. Идет народ, к примеру, посмотреть экспозицию из фондов Эрмитажа или холсты выдающегося живописца — земляка Виктора Сорокина и вдруг на его пути эта самая карикатурная дама. Не раз просили художники убрать ее куда-нибудь подальше — бесполезно. Начальники разбираются в искусстве лучше художников. Такой вот «прикол нашего городка».
 
Отдельная история — с памятником летчикам Шерстобитову и Кривенкову. Они погибли, уводя падающий самолет от жилых домов, спасая жизни множества людей. Я помню, как был потрясен этим подвигом город. Тогда и возникло естественное желание — поставить летчикам памятник. И что же? Лет тридцать торчал сиротливо на площади перед Дворцом спорта «Звездный» закладной камень с соответствующей надписью. Наконец, уже в постсоветское время самоотверженность летчиков, слава Богу, увековечили. Но не знаю, как вы, а я до сих пор испытываю неловкость и стыд за нашу, мягко выражаясь, неспешность.
 
А вот знакомый не каждому краеведу городской глава Митрофан Клюев встал на крепкий пьедестал без всяких проволочек, обсуждений и дискуссий. Какие уж у Клюева необыкновенные заслуги — Бог весть. Мне почему-то думается, что муниципальные достижения этого дореволюционного чиновника все-таки скромнее, чем у родившихся на липецкой земле нобелевских лауреатов писателя Бунина и физика Басова или опять же замечательного прозаика Пришвина. Но памятников в их честь в областном центре нет и, похоже, не предвидится.
 
И теперь вернемся к памятнику Победы. Эта тринадцатилетняя эпопея весьма напоминает волокиту с памятником Шерстобитову и Кривенкову. Если собрать все статьи, интервью, комментарии и отклики на сей счет, получилась бы отнюдь не тоненькая книжка. Ее можно бы назвать «Хроника благих намерений».
 
Я преклоняюсь перед терпением и настойчивостью ветерана-фронтовика педагога Петра Ивановича Кащенко. Именно он со своими учениками начал собирать деньги на памятник. Сегодня на счету его общественного фонда миллионы, собранные по крохам у десятков тысяч липчан. Как будто бы все за патриотическую инициативу Петра Ивановича. Но она буквально тонула в разговорах. Устраивались конкурсы. Определялись победители. Потом все отменялось. Параллельно шли споры о том, где надлежит подняться будущему памятнику. Наконец, на площади Победы установили закладной камень. Правда, одна из читательниц «Липецкой газеты» написала в редакцию, что это уже второй закладной камень. Не проверял, так ли это. Впрочем, за тринадцать лет могло быть всякое, попробуй упомни.
 
Отчего все так тянулось и тянется? Может, не появилось интересных задумок, может, художникам изменило вдохновение? Да нет. Удачные работы были. Тот же Вагнер нашел экспрессивное решение, соединив горькую, страшную прозу ­войны с высокой поэтической символикой. Предложенное им оценили многие его коллеги. А проект Рогатнева очень нравился ветеранам, масштабный, многофигурный, торжественный. За него горой стоял и Кащенко. Да и у других авторов мы видели достойные оригинальные разработки.
 
А несколько месяцев назад Петр Иванович неожиданно зашел в редакцию. Он привез совсем простенький макет: стела, увенчанная орденом Победы. После конкурсных проектов этот, честно признаться, не впечатлял. Но Кащенко устало сказал, что его убедили: такой памятник сделать реальнее, чем прежние сложные композиции. Я понимаю Петра Ивановича. Бесконечные проволочки и споры вымотали пожилого, не слишком здорового человека. А главное — он надеется, что хотя бы малая часть фронтовиков успеет увидеть открытие памятника. Семидесятилетие Великой Победы все ближе. Если сейчас не начнется практическая работа, к Девятому мая две тысячи пятнадцатого года можно и не уложиться.
 
Короче, я написал очередную заметку об очередном «окончательном решении», газета поместила снимок стелы и… Через день-два на мой стол легло письмо разочарованной липчанки: что же это, люди? Столько ожиданий, а в итоге — такой неинтересный, стандартный ход. Обидно! Кащенко, правда, утешал меня (да, наверное, и себя), что скульптор еще поработает. Возможно, уже поработал. Возможно, именно этот проект утвержден двадцатого сентября на градостроительном совете. Возможно. Но боюсь, никакие усилия не могут радикально изменить бедноватую отправную идею. Судить, однако, не берусь, поскольку ни мне, ни другим липчанам окончательный вариант не показали.
 
Но здесь, по-моему, надо бы прислушаться к голосам Александра Вагнера и Николая Рогатнева. Кулуарная отмена конкурсного результата, действительно, вызывает большое сомнение. Да, надо ускорить процесс. Да, надо экономить. Как заметил мой коллега, узнав о новой перипетии с памятником: «Наверное, Кащенко объяснили, что полномасштабный монумент обойдется дороже двух или трех детсадиков. Вот он и отступился». Но компромисс компромиссу рознь. Памятники ставят не на год, не на два. И будет стыдно, если внук или правнук посмотрит, пожмет плечами и скажет: да они не память увековечивали, они от памяти отделывались…
 
Такая вот ситуация. История с монументом, кажется, пошла уже не на второй, не на третий, а на пятый или десятый круг. И круг этот замкнутый. Пора бы его, в конце концов, разомкнуть.
*
 
*
Пожалуйста, примите условия пользовательского соглашения что бы комментировать.

ПОКАЗАТЬ КОММЕНТАРИИСКРЫТЬ КОММЕНТАРИИ